Новости Крыма | КрымPRESS: последние новости и главные события
Она с детства видит плохо и с каждый годом темнота все больше «съедает» свет… Но это не мешает ей улыбаться… Потому что иначе — нельзя! Потому что, если каждый день думать о том, как тяжело терять зрение, как страшно детям, которых родители будут водить за ручку всю жизнь, как 
жутко молодым парням, вернувшимся из зоны СВО совсем слепыми, — можно просто отказаться жить.
Наталия Александровна Челюскина — председатель Севастопольской региональной организации Всероссийского общества слепых — рассказывает о самых непростых вещах спокойно, с лёгкой улыбкой человека, который давно выбрал не жаловаться, а работать и поддерживать. Улыбается, когда говорит, что город не видит необходимости давать деньги на мероприятия, что работодателям проще заплатить штраф пятьсот рублей, чем взять на работу инвалида, и что региональный список технических средств реабилитации — это только наручные часы. Улыбается, потому что иначе — нельзя…
«Два с половиной человека» в штате, 307 членов общества, четыре собаки-проводника, одно еще пока «балансирующее на плаву» производство строительной перчатки и верные друзья, которые звонят сами и спрашивают: «Чем помочь?» — говорим о жизни незрячих людей в Севастополе.
Используй удобное оглавление:
Жизнь не останавливается
Разговор начинается с дат. 2025 год оказался для организации двойным юбилеем: сто лет исполнилось Всероссийскому обществу слепых, и девяносто пять лет — Севастопольской организации. В архивах нашли документ: именно 1930 году была создана Севастопольская артель «Труд слепых». И с тех пор главная миссия не изменилась — объединять инвалидов по зрению и помогать им реабилитироваться, работать, жить.
На вопрос, стало ли за сто лет незрячим людям проще или сложнее соприкасаться с внешним миром, Наталия Александровна отвечает просто, без надрыва:
Я не знаю, как было сто лет назад (ред.: смеётся). Во все времена свои нюансы. Желания у всех одинаковые — хочется жить более полноценной жизнью. Соприкасаться с внешним миром, вносить свою лепту в общество. Семья, быт, культура, трудоустройство — это никуда не делось. У каждого времени свои плюсы и минусы.
Сегодня в организации состоит 307 человек. Это инвалиды по зрению первой, второй и третьей групп, а также законные представители детей-инвалидов (членство — с восемнадцати лет). Однако по данным Социального фонда, всего в Севастополе свыше семисот незрячих и слабовидящих. Почти половина о существовании общества либо не знает, либо не видит необходимости в нём:
А те, кто приходит, потом часто говорят: «Как жалко, что мы не пришли раньше!»
Шесть способов узнать об обществе (в порядке эффективности):
- «сарафанное радио» — главный и самый надёжный канал.
- страница во «ВКонтакте» — оттуда информация расходится через знакомых и родственников.
- сюжеты на телевидении и радио, публикации в СМИ про собак-проводников, трудоустройство, соревнования.
- контакт с медико-социальной экспертизой: при оформлении инвалидности выдают листовки общества.
- личные рекомендации сотрудников соцзащиты и реабилитологов.
- поиск родственников из других городов через интернет — звонят, спрашивают, передают координаты.
Интересная деталь: во многих региональных организациях инвалидов численность снижается — уходит возрастное поколение, ведь более половины членов старше 65 лет. В севастопольском же Обществе слепых, наоборот, медленный, но уверенный рост.
Компенсируем естественную убыль новыми людьми. Приходят те, кто только начал терять зрение, и даже те, кто ещё не оформил инвалидность, но уже ищет поддержку. Это очень страшно — когда человек всю жизнь видел и вдруг теряет зрение.
Самые сложные — именно они, взрослые, ослепшие внезапно. Они замыкаются, становятся зависимыми от семьи, не верят, что жизнь может продолжаться.
У меня есть любимая фраза: «Ну вот такая у нас проблема. С этим нужно продолжать жить». Жить успешно, всесторонне. Жизнь не останавливается. Никто в этом не виноват. Надо научиться с этим жить!
Ещё одна тяжёлая тема — дети. Многие родители на ранних стадиях отказываются признавать, что ребёнок будет жить с серьёзным нарушением зрения. Начинается гиперопека, которая порой длится очень долго.
Каждая мама считает своего малыша самым лучшим. Но надо понять: проблема есть, и зрение не улучшится, а скорее ухудшится. Чрезмерную опеку нужно минимизировать с малых лет. Иначе, когда родители уходят, человек оказывается совершенно беспомощным. Такие случаи бывают, и это очень трагично.
Лучший выход для тотально незрячего ребёнка, по словам Наталии Александровны, — специализированная школа-интернат. На весь Крым она работает только в Симферополе. Там учат быту, общению, хождению с тростью, ориентированию, чтению по Брайлю.
Никакое домашнее обучение, никакие курсы не дадут того задела. Это как языковая среда: если ты в неё не попал, язык не выучишь.
Всё озвучено, всё на ощупь
Для взрослых работает система реабилитационных центров Всероссийского общества слепых. Ближайший — в Волоколамске, в Подмосковье. Туда уезжают на два с лишним месяца, рассказывает Наталия Александровна:
Человек учится одеваться, готовить завтрак, пришивать пуговицы, работать на кухне, пользоваться приборами, пробует читать по Брайлю. Ходить с тростью — это основа, которую психологически трудно взять в руки. Но без неё никуда.
К слову, технические средства реабилитации за последние годы шагнули далеко вперёд.
Полный перечень технических средств реабилитации (федеральный список):
- трость — лучший помощник для передвижения, ничто её не заменит.
- озвученные термометр, тонометр
- тифлофлеш-плеер — пришёл на смену кассетным магнитофонам, воспроизводит аудиокниги, работает как диктофон, может выходить в интернет.
- ручные и стационарные увеличители для тех, у кого осталось зрение (стационарные — в основном школьникам и студентам).
- смартфон с голосовым выходом (с прошлого года включён в федеральный перечень).
- программное обеспечение экранного доступа Jaws— позволяет работать на компьютере без мыши, всё озвучивается.
- устройство невизуальной навигации «Робин» — камера сканирует пространство и за полтора метра вибрацией или звуком предупреждает о препятствиях, распознаёт человека, дом, предметы.
- собака-проводник (приравнивается к служебным).
Все приборы имеют тактильные кнопки. Главное — чтобы получившие их ими пользовались. Их надо освоить. И здесь общество незаменимо: подскажет как он работаем, куда отправить на ремонт, какие кнопки нажать, если прибор «заглючил».
А вот региональный список технических средств в Севастополе — печальная история. После многократных обращений в правительство ответ один: «Севастополь — дотационный регион». В итоге из того, что выдаёт субъект, остались только наручные часы или будильник. Между тем в других регионах выдают «говорящие» мультиварки, ножи-дозаторы, все принадлежности для письма по Брайлю и даже ноутбуки студентам.
У нас пока только часы, — разочарованно отмечает Наталия Александровна.
Есть два способа получить ТСР: выдача через госконтракт (закупает Социальный фонд) или сертификат — тогда человек покупает прибор сам в определённых фирмах, а государство компенсирует сумму. Если прибор дороже — человек доплачивает самостоятельно.
Собака на работе
Четыре собаки-проводника живут сегодня в Севастополе: три лабрадора (два чёрных, один рыжий) и одна немецкая овчарка. Первая — Улана — появилась в 2023 году.
Собак готовят в подмосковной «Купавне» (Российской школе подготовки собак-проводников уже 65 лет!) и еще в одном негосударственном питомнике. Процедура получения долгая и серьёзная.
Как встать в очередь на собаку-проводника:
- иметь первую или вторую группу инвалидности с медицински подтверждёнными показаниями.
- иметь желание и реально оценивать свои силы и возможности.
- пройти аллерголога — отсутствие аллергии на собак.
- получить заключение психиатра об адекватности обращения с животным.
- заполнить подробную анкету: условия проживания, наличие других животных, образ жизни, ежедневные маршруты.
- дождаться индивидуального подбора собаки по характеру (более спокойные — для тотально слепых, активные — для подвижных хозяев).
Когда очередь подходит, человека приглашают в питомник. Две недели он живёт вместе с подобранной специально для него собакой — ухаживает, занимается, привыкает. Днём — занятия, ночью — вместе в комнате. В конце — экзамен с выходом в город, преодолением препятствий. Потом — домой, но инструкторы остаются на связи постоянно, — подчёркивает Наталия Александровна.
Стоимость обучения одного четырёхлапого проводника — около полутора миллионов рублей. Содержание тоже недешёвое: раньше ОСФР выплачивал чуть больше тридцати тысяч, но после долгих обращений (вплоть до президента) сумму подняли, приравняли к служебным собакам, выдают сертификат на корм. В совокупности выходит около восьмидесяти тысяч:
Но собаки болеют, прививки, процедуры, игрушки, «вкусняшки» — это дополнительная нагрузка.
Дисциплина железная. В амуниции собака работает: не обращает внимания ни на котов, ни на других собак, ни на людей. Без амуниции — обычный домашний любимец: прыгает, играет, позволяет себя гладить. Маршруты запоминает быстро: достаточно два-три раза пройти с сопровождающим.
Поначалу город собак-проводников как обязательных спутников незрячих людей не воспринимал. Сейчас ситуация меняется:
Когда ещё не было «своих» собак в городе, приезжал гость из Мурманска — его ни в транспорт, ни в магазины с собакой не пускали! Сегодня, конечно, уже более понятно окружающим: собака-проводник — это помощник инвалида, как трость. В самолёте, в поезде, в театре — рядом. Улана, к примеру, постоянно ходит в театр Луначарского, её уже знают как собаку-театралку. Конечно, ещё встречаются ворчуны: «Ой, а что у нас уже теперь с псинами в театр ходят». Но другие объясняют: «Это собака-проводник. Она — специалист! Она на работе!». Популяризация идёт, привыкают, — комментирует Наталия Александровна.
Однако председатель Севастопольской организации слепых предостерегает:
Одно дело хотеть хвостатого помощника, другое — реально оценивать свои возможности. Такой помощник берётся не на месяц, не на год, а на всю жизнь собаки. Если человек мало выходит из дома или живёт в тесноте — собаке будет плохо, и она не сможет работать.
Сейчас в очереди на собаку стоит один человек. Остальные пока думают. Появились живые примеры — можно пообщаться с хозяевами, понять, надо тебе это или нет.
Доступная среда и «Говорящий город»
Как Севастополь приспособлен для незрячих? Наталия Александровна оценивает доступность города на твёрдую шестёрку из десяти:
Полностью доступного города нет в России нигде. Но если сравнивать, каким Севастополь вошёл в 2014 году и что сейчас — это день и ночь.
Что уже хорошо, по практическому опыту председателя Севастопольской организации ВОС:
- озвученные светофоры — в этом плане Севастополь впереди многих городов России и Крыма. Тактильная плитка — если уложена правильно, она удобна всем, включая зрячих в тёмное время суток. В транспорте есть информирование, хотя не без сбоев: в троллейбусе могут объявить остановку, когда вы уже давно её проехали. Кнопка вызова персонала в учреждениях решает 90% проблем так называемой условной доступности.
Что хромает — лестницы:
- из-за природного рельефа их в Севастополе очень много. По строительным нормам, начиная с трёх ступенек, нужны перила и обозначение первой и последней ступеньки — этого часто не хватает. Маршрутные такси технически не могут озвучивать остановки. Исторические здания остаются «условно доступными» — пандус под углом 45 градусов, который иногда делают, предназначен разве что для экстремалов.
Лучше никак не делать, чем сделать неправильно, — констатирует Наталия Александровна.
Отдельная история — таблички со шрифтом Брайля. По своду правил они необходимы, но мало кто ими пользуется. Брайль знают люди, прошедшие обучение в интернате. А люди, потерявшие зрение в зрелом возрасте, редко его осваивают: чувствительность пальцев с годами падает, да и нужна постоянная практика — как с иностранным языком. Гораздо эффективнее, по словам Наталии Александровны, звуковые информаторы или просто кнопка вызова и доброжелательный сотрудник:
Я практически не сталкиваюсь с тем, чтобы мне отказали в помощи. Если сам не справляешься и просишь помочь — помогают всегда!
В городе стартовал проект «Инклюзивный Севастополь», рассчитанный до 2030 года. В его рамках должен развиваться и проект «Говорящий город» — система звукового информирования на остановках, в транспорте, у социальных объектов. На Координационном совете при Правительстве, куда входят представители всех инвалидных обществ, собирали предложения, но пока дальше разовых инициатив дело не идёт:
Технически есть два пути: абонентские портативные устройства (специальные приёмники, которые ловят сигнал на остановках) и мобильные приложения на смартфоне. Для тех, кто умеет пользоваться голосовыми программами, второй путь удобнее, но такие в основном среди молодых и людей среднего возраста, да и то не всех. Абонентские устройства нужно покупать за свой счёт и тоже учиться ими пользоваться.
Чего не хватает больше всего? Стабильной озвучки остановок без сбоев, больше звуковых светофоров и светофоров с кнопкой, которые являются хорошим решением и для водителей, и для пешеходов. И, конечно же, проблема социального такси. На 26 тысяч инвалидов в городе машин катастрофически мало.
И — доброжелательности окружающих:
Кстати, становится лучше! Но незрячим и слабовидящим я советую: берите трость! Окружающие видят, что вы не совсем обычно идёте, но понять сразу, что происходит, не могут, а если с тростью — уже понятно, что нужна помощь. Иногда помогают даже слишком настойчиво: «Ой, давайте я вас всё-таки переведу!!!», как в «Ералаше» бабушку через дорогу туда-сюда водили, — смеётся Наталия Александровна.
Работа, квоты и перчатка
Трудоустройство — одна из самых болезненных тем. Из 307 членов Севастопольской организации ВОС официально работают 34 человека. Это чуть больше десяти процентов. Но общество возрастное, более половины — старше 65 лет. Ещё 20–30 процентов могли бы работать, если бы была возможность.
Третья группа работает чаще — молодые и люди среднего возраста. А первая и вторая… Раньше были предприятия Всероссийского общества слепых, где собирали выключатели, шнуры, прищепки, розетки. Ушли в историю заводы-смежники, всё заменили китайской продукцией и автоматикой, — озвучивает текущую ситуацию Наталия Александровна.
В Севастополе сейчас действует ООО «Севастопольское УПП» (учебно-производственное предприятие). Раньше, в советские времена, здесь работали до трёхсот человек, включая надомников. Но ручная сборка стала никому не нужна. Пришлось переквалифицироваться. Сейчас немногочисленный штат сотрудников УПП производит строительные перчатки с ПВХ-покрытием. Велик ли сбыт? Предприятие на плаву держится, но не более того… Перчатка получается дороже китайской. А в прошлом году в Евпатории открылось крупное автоматизированное производство такой же перчатки — там работают зрячие, объёмы больше, цена ниже. Плюс СВО, многие стройки приостановились, сбыт упал.
Но ситуацию спасают местные покупатели, фирмы. Они закупают нашу перчатку, хотя им, конечно, выгоднее было бы китайскую. Но они нас поддерживают — и за это огромное спасибо!!!
Существует механизм квотирования рабочих мест для инвалидов. По закону, если в организации более тридцати сотрудников, одно место должно быть квотировано. Государство даёт субсидии на оборудование такого места — 200 тысяч рублей. Но работодателям часто проще заплатить штраф за невыполнение квоты. А штраф смешной — пятьсот рублей.
Заплатил и забыл до следующего квартала. Пока не увеличат штрафы — сдвигов не будет, — констатирует Наталия Александровна.
Есть альтернатива: аренда квотируемого места. Предприятие заключает договор с обществом слепых или предприятием ВОС, платит зарплату инвалиду, который работает на базе ВОС, — и квота закрыта. Во многих других регионах эта схема работает давно и успешно. В Севастополе в 2026 году на предприятие устроили первого человека по такой аренде, отмечает председатель Севастопольской организации ВОС:
Если бы это заработало четко, я бы взяла психолога, юриста. И руководители наших кружков — вязание крючком, танцевальный кружок «Изюминка», хор «Ретро», настольный теннис — могли бы получать хотя бы полставки за счёт этой аренды. Люди бы с удовольствием работали, а предприятия закрыли бы квоту.
Онлайн-работа для незрячих тоже возможна, но сложна. Она связана с компьютером и озвученными программами. Это замедляет работу, требует освоения.
Асы, которые работают по 20 лет, работают на уровне зрячих, но у нас таких нет. Такая онлайн работа доступна в основном инвалидам с нарушениями движения или слуха — когда человек видит. По зрению — сложно.
«Ищите помощи…»
Как живёт само общество с точки зрения финансовой? Содержание организации — зарплата «двух с половиной сотрудников», коммуналка, телефон — оплачивается с бюджета ВОС. Помещение — весь комплекс на улице Гоголя, 30 — в 2014 году город передал в собственность ВОС, а местная организация арендует помещение за один рубль (в рамках ВОС).
На мероприятия, которые организация проводит очень активно, денег не предусмотрено (а это — кружок вязания крючком, танцевальный кружок, хор «Ретро», настольный теннис, интеллектуальные игры «Что? Где? Когда?», «Угадай мелодию», тематические викторины, походы на тифлокомментированные показы спектаклей в театре Луначарского, квесты с полным погружением для молодёжи (с повязками на глазах, тростями, собакой-проводником), мастер-классы со школьниками о правилах общения с незрячими, выездные экскурсии, праздничные концерты, новогодние ёлки для детей, чьи родители — инвалиды по зрению, спортивные турниры по дартсу и другим доступным видам спорта, а также участие во всероссийских соревнованиях (когда есть возможность выехать):
Говорят: «Ищите помощи в регионах». Город должен участвовать? Должен. Но в Севастополе целевое выделение денег не предусмотрено. Мы много раз обращались — и я, и уполномоченный президента ВОС по Южному федеральному округу. Ответ один: «Пока не предусмотрено. Участвуйте в грантовой деятельности, зарабатывайте сами», — рассказывает Наталия Александровна.
А гранты — отдельная боль! Подали шесть заявок, в том числе три в департамент внутренней политики. Ни одной победы. Не хватало одного балла, полбалла. Но не сдаются, идут по пути совершенствования.
Свои маленькие заработки — соисполнительство контрактов по выдаче технических средств реабилитации. За это падает маленькая копеечка и ей здесь рады. И, конечно, помощи спонсоров, которых председатель Севастопольского общества слепых называет только друзьями.
Нотариальная палата города Севастополя: «Чем помочь?»
Самая тёплая часть разговора, когда Наталья Александровна перечисляет тех, кто годами поддерживает общество не по обязанности, а по зову сердца. Говорит, началось всё с новогодних подарков:
Понимаете, есть дети-инвалиды — это льготная категория. А есть дети, у которых родители — инвалиды. А есть семьи, где оба родителя — инвалиды по зрению. Эти дети — волонтёры с детства, они помогают родителям, они сопровождающие, они выполняют все их функции. Могу сказать на опыте своих собственных детей, которые выросли.
Тогда, в 2018 году, общество обратилось за поддержкой в Нотариальную палату города Севастополя. И их услышали! И общение оказалось не разовой акцией помощи, а переросло в отношения, которые сегодня иначе как дружбой назвать невозможно.
К праздникам — сладкие подарки и билеты на представления театров, сертификаты в кино. Для жизни в каждом дне — за эти годы Нотариальная палата Севастополя подарила обществу два кондиционера в клуб, музыкальный центр для проведения мероприятий, телевизор (теперь проходят показы фильмов с тифлокомментированием), дартс для спортивных игр, вешалки, портативную колонку и микрофоны. А сейчас — складные столы:
Ольга Николаевна (ред.: Президент Нотариальной палаты города Севастополя Ольга Николаевна Каленкович) всегда звонит и спрашивает: «Чем помочь?» Я человек практичный и на этот раз заказала столы (ред.: смеётся). Те, за которые команда может удобно расположиться вокруг во время игр — «Что? Где? Когда?», «Угадай мелодию», викторины, — рассказывает Наталия Александровна.
Нотариальная палата помогла и с благоустройством клуба и поездкой команды на фестиваль «Крымская Осень»:
Они уже не спонсоры, они близкие люди!
Сама Президент Нотариальной палаты города Севастополя Ольга Каленкович тесную связь подтверждает:
А как же не участвовать в жизни Общества, если необходимо что-то сделать здесь и сейчас? Нотариусы города помогают на постоянной основе. Для нас это не обязательства, а искренняя поддержка! Стараемся, чтобы она была всесторонней. Это и подарки — всегда спрашиваем, что действительно нужно, чтобы попасть в желание. И наши прямые услуги как специалистов: качественные, доступные. Консультируем, совершаем нотариальные действия — и в офисах, и, разумеется, с выездом на дом. И знаете, очень приятно, что от Общества слепых за всё время нашего взаимодействия не было ни одного нарекания на работу севастопольских нотариусов. Для нас это самый важный знак доверия! Значит, мы на правильном пути, и главное — слышим друг друга!
Из тех, кто тоже рядом:
Сергей Алексеевич Лисейцев, «Добрострой», помогает с 2014 года — ко Дню инвалидов, к Пасхе и к Рождеству дарит праздничные продуктовые наборы. Мы очень благодарны. Когда не было стеллажей — купил стеллажи. Нет центрального отопления — подарил обогреватель.
Инна Леонидовна Гончарова (Руководитель региональной общественной приемной Д. А. Медведева в Севастополе) — тоже друг и помощник. Собрать ребёнка в школу — вы знаете, сколько это стоит? Она даёт наборы канцтоваров для наших детей. К Новому году — билеты на елки, спектакли, в театр танца, а также сладкие подарки.
Если бы таких друзей было побольше… Но если говорить в целом, конечно: к нам никто не приходит и не говорит: «Давайте мы для вас сделаем». Всё это — письма, контакты, просьбы. Но не люблю просить, обращаюсь редко, если совсем не получается, — говорит Наталия Александровна.
Культура, спорт и тифлокомментирование
Общество слепых — это не только бытовая реабилитация и технические средства. Это ещё и кружки: вязание крючком, танцевальный коллектив, хор «Ретро», настольный теннис. Команда по интеллектуальной игре «Что? Где? Когда?» «Графская пристань» могла бы выезжать на всероссийские соревнования, но дорогие билеты — проблема. Впрочем, после долгих обращений вплоть до президента РФ удалось добиться льгот на проезд в АО ТК «Гранд-Экспресс» для инвалидов I группы и сопровождающих — скидка 50% на купе. Раньше не было никаких льгот.
Отдельная гордость и радость — тифлокомментирование в севастопольском театре им. А.В. Луначарского:
Между репликами актёров в наушниках звучит голос комментатора: «Справа вышла женщина в синем платье, в руках у неё поднос с чашкой кофе». Это позволяет представить картину происходящего на сцене. Уже шесть спектаклей озвучены. Изначально это было разовой акцией, потом театр выиграл грант фонда «Особый взгляд» на закупку оборудования и обучение тифлокомментатора. Совместные действия принесли отличные результаты!
Теперь незрячие севастопольцы ходят в театр наравне с другими.
СВО и новые члены
В Севастопольской организации слепых три участника СВО. Один из них в обществе давно — с третьей группой пошёл добровольцем, удачно вернулся домой. Ещё двое молодых мужчин получили тяжёлые травмы и полностью потеряли зрение. Александр уже получил собаку-проводника — немецкую овчарку, которую готовили специально под него. Съездил в Волоколамск, прошёл реабилитацию, участвовал в президентской линии приёма звонков — об этом сюжет вышел на телевидении. Второй, Артём, пришёл по рекомендации от Александра.
Морально-психологически таких ребят вытащить очень тяжело. Замыкаются, ничего не хотят, — подчёркивает Наталия Александровна.
Общество заключило соглашение с фондом «Защитники Отечества», провело для сотрудников фонда семинар — как общаться с незрячими, какие возможности есть у ВОС. Напрямую в госпиталях сами ещё не работают:
Надо бы… Но там люди часто ещё не готовы воспринимать помощь. Должно пройти время осознания и самостоятельных решений…
Заглядывая в будущее
28 мая 2026 года в организации состоится отчётно-выборная конференция:
Мы пригласили представителей органов власти города. Надеемся, что придут, услышат и станут нашими друзьями на дальнейшее плодотворное сотрудничество, — говорит Наталия Александровна.
Впереди — проект «Инклюзивный Севастополь», «Говорящий город», надежды на аренду квотируемых мест, новые гранты, каждодневная жизнь Общества. И, конечно, новые люди, которые однажды переступят порог этого кабинета — с тростью или без, с испугом или с надеждой, чтобы услышать ту самую фразу, которую Наталья Александровна повторяет снова и снова:
Жизнь не останавливается. Никто в этом не виноват. Нужно научиться с этим жить. И это возможно. Правда!
P.S.: разговор шёл больше двух часов. Наталия Александровна — спокойная, улыбчивая, без тени жалости к себе — рассказывала о самом трудном. Ни одного лишнего слова. Только правда, только дело, только реальная жизнь и огромное, тихое мужество людей, которые каждый день доказывают: темнота — не приговор.
все фото: официальная страница Севастопольская РОО ВОС «Вконтакте»
С тегами: люди в КрымуБольше по теме:
