Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять…
Мы обязательно вспомним в конце английскую считалку «Ten Little Niggers» полностью… А пока. Да, было бы круто, если бы в итоге кандидатов на пост губернатора Севастополя было десять. Пока официально, по данным местного Избиркома, их шестеро. Это: Дмитрий Овсянников («Единая Россия»), Иван Ермаков («Патриоты России»), Илья Журавлев (ЛДПР), Роман Кияшко (КПРФ), Виктор Резанов («Народ против коррупции»), Никита Штыков («Российская экологическая партия «Зеленые»). Скорее всего, «на выходе» будет 8 или 9. Тем более, что до конца срока выдвижения кандидатов осталось три дня. Всего три дня! Поторопитесь, господа потенциальные кандидаты.
А процесс идет. Сергей Бабурин. Политик-«тяжеловес», экс-вице-спикер Госдумы… Партия «Российский общенародный союз» сегодня выдвинула его кандидатом в губернаторы Севастополя.
Я даю согласие баллотироваться в губернаторы Севастополя, потому что сегодня нам надо победить номенклатурных беспредельщиков, губящих и Севастополь, и Россию. Лозунги дня: Правду, законность и справедливость — севастопольцам! Рабочие места и гарантии собственности! Укрепим Севастополь — укрепим и возвысим Россию! – отметил С.Бабурин.

К сильным сторонам политика отнесем опыт, харизму, интеллект. К слабым – Севастополь Бабурина (и политика, и ученого) почти не знает. В условиях «муниципального фильтра» и сжатых сроков предвыборной гонки, без астрономических сумм на пиар и кампанию в целом, шансов мало. Но, в любом случае, будет интересно.
Интриги добавит и Вадим Колесниченко. «Родина» от него «отреклась», в определенных СМИ началась кампания по шельмованию политика. Так, самый распространенный тезис против Колесниченко – дескать, «менял партии». Ну что тут скажешь… Партии на постсоветском пространстве – это даже не идеология, не программные пункты, не устав, не пресловутая «партийная дисциплина». Это, скорее, инструментарий. Не цель, а средство. И, поверьте, за оставшиеся три дня Вадим Колесниченко, скорее всего, выдвинется в губернаторы.
Я получил новых сторонников. Людей, не согласных с грязными способами политической борьбы. Ко мне сейчас обратилось пять партий, которые предложили свою помощь: в ближайшие два-три дня будут съезды. «Ожегшись на молоке», я не буду их озвучивать – мы уже увидели, как политический шантаж может быть использован против оппонентов, – уточнил Колесниченко в интервью «ФедералПресс».
К его новоприобретенным плюсам («не было бы счастья, да несчастье помогло») отнесем некие панические настроения (даже, истерические) в «стане противников». Кто еще? Где-то сообщалось о возможном кандидате от еще одних «коммунистов» — КПСС. Для чего? Против кого? И?! До десяти точно не дотянем.
Что дальше? Муниципальный фильтр. Возня уже идет. Тот же балаклавский депутат-коммунист Сергей Курочкин обратился в Следком. Говорит: неизвестные (или известные?) эмиссары уже пытались скупать голоса «муниципалов». В городе об этом «ценнике» говорят разное: и в миллион рублей голос оценивали и в 100 тысяч долларов. Ставки вырастут или упадут?
А еще? Ох, и будут в СМИ «топить» за Овсянникова. Установка такая есть. А вот как провести агрессивную, умную, активную, острую, интересную, убедительную предвыборную компанию, да так, чтобы севастопольцы пошли на выборы… Вот вопрос. Ибо низкая явка – смерти подобна для всех кандидатов – конкурентов врио. Да, соперники Овсянникова в один голос утверждают, что главное для них: пробиться во второй тур. Лукавят. Ибо такую задачу ЧЕСТНО ставят перед собой максимум два-три человека. А что с остальными? И пришло время нашей считалки.
Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять…
Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться, их осталось восемь.
Восемь негритят в Девон ушли потом,
Один не возвратился, остались всемером.
Семь негритят дрова рубили вместе,
Зарубил один себя — и осталось шесть их.
Шесть негритят пошли на пасеку гулять,
Одного ужалил шмель, их осталось пять.
Пять негритят судейство учинили,
Засудили одного, осталось их четыре.
Четыре негритенка пошли купаться в море,
Один попался на приманку, их осталось трое.
Трое негритят в зверинце оказались,
Одного схватил медведь, и вдвоем остались.
Двое негритят легли на солнцепеке,
Один сгорел — и вот один, несчастный, одинокий.
Последний негритенок поглядел устало,
Он пошел повесился, и никого не стало.
Сеня Фрименс.
Новости Крыма | КрымPRESS: последние новости и главные события










