Главная | Жизнь в Крыму | Люди в Крыму | Константин Затулин: «Я бы оплакивал судьбу политиков, которые считают, что с Чалым можно договориться»

crimeapress_news

реклама в крыму
Константин Затулин: "Я бы оплакивал судьбу политиков, которые считают, что с Чалым можно договориться"
фото: открытые источники

Константин Затулин: «Я бы оплакивал судьбу политиков, которые считают, что с Чалым можно договориться»

В преддверии очередной годовщины Русской весны депутат Государственной Думы РФ, директор Института стран СНГ Константин Затулин в большом интервью озвучил свою точку зрения на российскую действительность полуострова. Акцент сделал на Севастополе.

Далее — без купюр и комментариев, с вопросами и ответами. 

Журналист:  Как вы видите ситуацию в городе в свете прихода нового губернатора Овсянникова? Не станут ли отношения между Овсянниковым и Чалым со временем конфликтными?

Константин Затулин: Исходя из того, что мне известно, у меня сложилось противоречивое впечатление. Я лично не знаком с Овсянниковым, но мне кажется, что он, не будучи хорошо знаком с ситуацией, воспринял её поверхностно и пришел к мнению, что раз Чалый представляет из себя такую важную фигуру в Севастополе и если уж тому удалось при помощи разных манипуляций, включая зомбирование общественного мнения, спровоцировать смещение Меняйло и перевод Белавенцева, раз Чалый контролирует в значительной степени Законодательное собрание Севастополя, то ему, Овсянникову, правильнее было бы с Чалым на этом этапе договориться и в каких–то вопросах его поддержать. Он это и делает. Но проблема в том, что Овсянников может очень приблизительно представлять истинные цели и интересы Алексея Михайловича Чалого, степень его лояльности.

Я бы заранее оплакивал судьбу тех политиков, которые считают, что с Чалым можно полюбовно договориться. Чалый как человек – интроверт, который советуется только с собой. Я бы не верил ни в какую любовь, дружбу и верность со стороны Чалого. У меня есть все основания так говорить, поскольку у нас тоже начали развиваться с ним отношения ещё в 2013 году. Но, когда у него возник малейший повод заподозрить меня в том, что я чего–то хочу, в частности, избираться по Севастополю в депутаты, то всё было брошено коту под хвост.

Журналист: Почему?

Константин Затулин: Потому что Чалый не приемлет никакой конкуренции за умы и души севастопольцев. Он очень заинтересован в том, чтобы остаться единственным героем Крымской весны, как это делал Фрасибул, сбивая своей тростью все колосья повыше определенного уровня. Это для него гораздо важнее, чем любые должности. И с этой точки зрения борьба с «Ночными волками» и Залдостановым носит для него принципиальный характер. Она не имеет никакого отношения к заботе о патриотизме или заботе о чистоте этого проекта. Она связана исключительно с тем, что Чалый усмотрел в «волках» людей, которые не склонны ему присягать, как это делают его сотрудники, ставшие депутатами Законодательного собрания Севастополя. Это не его команда. А этого уже достаточно, чтобы избрать их мишенью своих атак.

Чалый по складу своего характера не понимает, что такое дружба. Он не был никогда общественным деятелем до 2014 года, он технократ, математик. Я сам гуманитарий и часто сталкивался с математиками, которые волею судеб были вынесены в общественные движения. Как правило, эти люди крайне авторитарны. Я имею в виду сам склад их мышления. Ну казалось бы, они выглядят очень симпатично, они неформалы, не ищут внешних атрибутов, ходят в свитерах, как Чалый, демонстрируют, что они такие бессеребренники, хотя Чалый к бессеребренникам как раз не относится. Но у них огромное внутреннее Эго. И вот это Эго Чалым и двигает. И он никого не пощадит. Даже когда недавно человек, который в общем–то паразитирует на Чалом, Олег Николаев, пытался бороться за депутатское кресло, Чалый ограничился минимумом. Никакой серьезной поддержки он Николаеву не оказал. А зачем ему участвовать в чьей–то кампании? Это же не его выбирают, это Николаев пытается свою собственную карьеру развивать. Хоть он и делает это вроде как опираясь на имя Чалого, но всё-таки Николаев не настолько для него существенен. Для Чалого в общем-то никто не существенен.

Любопытно, что никто никогда всерьез не интересовался как живется работникам той же «Тавриды-Электрик» — предприятия Чалого. Насколько мне известно, эксплуатация там жесточайшая. Люди работают без всяких социальных гарантий. Их оформляют на срочные договоры для того, чтобы в случае чего их выбросить на улицу, если они заболели или что-то с ними произошло.

Чалый далеко не такой идеальный персонаж, каким он рисуется здесь, в Москве, в том числе и группе наших либеральных интеллигентов. Они ведь видят в Чалом олицетворение своей мечты. Сами они либералы, которые служат Российскому государству. Они принесли жертву – с другими либералами поссорились на этой почве, с теми, которые находятся в оппозиции к Путину и считают любое сотрудничество с президентом смертным грехом. Вот эти либералы находят себе отдушину в такой персоне, как Чалый. Дескать, глядите – либерал, богатый человек, из патриотических побуждений возглавил Севастопольскую весну. Вот он, идеал, рыцарь без страха и упрёка.

Этот образ очень далек от реального Чалого. Реальный Чалый – это человек, который все время действует за кулисами, никогда не рискует вплоть до самого решающего момента. Он жил всё это время в Севастополе с паспортом гражданина России, не арестовывался, не задерживался, нигде публично не высказывался за всё время украинского господства над Севастополем. Другие сгорали в этом пламени, другие высмеивались, компрометировались, в том числе и я, другие объявлялись персонами нон-грата. Чалый в это время занимался бизнесом. Да, у него есть собственное представление о патриотизме. Мне кажется, он всегда глубоко презирал украинское государство и имел для этого все основания. И, конечно, понимал своим умом, что такое Россия и что такое Украина. У него были свои личные мотивы, связанные с его родословной, с дедом-адмиралом. Но при этом ещё раз хочу подчеркнуть: его претензии на то, чтобы быть единственным человеком, который из ничего решил проблему Севастополя и Крыма, не выдерживает никакой критики. А он борется именно за это, устраивая бесконечные кампании по разоблачению «врагов народа» в Севастополе.

Главная моя претензия к Алексею Михайловичу Чалому не в том, что он разделил Севастополь и продолжает разделять. По своей натуре он человек, который очень восприимчив к методологии оргдеятельностных игр, которую предоставляет в его окружении Сергей Градировский. Это младшее поколение методологов Щедровицкого, которые считали, что самым ходульным способом любого самоутверждения является конфликт. То есть надо обязательно всех поссорить, быть инициатором столкновения и выйти в результате победителем, самоутвердиться. В своё время я в 1980-е годы достаточно этого насмотрелся, потому что именно эти методологи были привлечены ЦК ВЛКСМ к различным инициативам вроде первых выборов директоров на РАФе, на БАМе, и они реализовывали все время эту схему. Чалый реализовывает уже три года такую схему в Севастополе. Он не даёт городу жить спокойно, не даёт людям объединиться. Он, наконец, у части Севастополя вызвал отторжение. Вместо того, чтобы направить свои усилия на решение животрепещущих вопросов, а их в Севастополе немерено, он занят бесконечной борьбой за себя самого.

Журналист: Как все эти амбиции Чалого могут повлиять на положение губернатора Овсянникова?

Константин Затулин: Видите, мы с вами начали разговор об Овсянникове, а говорим всё время о Чалом. Почему? Да потому что Овсянников – это человек, который не укоренён в Севастополе. Он в этой ситуации пытается продемонстрировать то, что он способен завоевать севастопольцев. Овсянников дал добро на принятие решения о выборах главы города. Но я то прекрасно знаю, что всё это время, учитывая в том числе промахи Овсянникова, его низкий послужной список у севастопольцев, Чалый пытается понять, может ли возникнуть ситуация, при которой он сам может выдвинуть свою кандидатуру.

Вообще, Чалый для административных структур является антиперсоной. Это человек, которому было оказано доверие и который сам ушел от того, чтобы нести ответственность за Севастополь в 2014 году. А потом, когда выяснилось, что на самом деле роль «Я ни за что не отвечаю, но всем руковожу» входит в противоречие с жизнью, стал интриговать против назначенного, может быть не самого лучшего в этой ситуации, губернатора Меняйло, и дальше начался этот конфликт. Чалый сумел губернатора ослабить и в конце концов сместить. Но бесследно для людей, которые за всем наблюдали из Москвы, это не проходит. Они понимают, что Чалый – несистемный игрок. Что Чалый, как кошка, гуляет сам по себе. По большому счету, как в таких случаях говорили в Греции, двух Алкивиадов Афины бы не выдержали. Севастополь гораздо меньше Афин, выдержать двух Чалых городу было бы невозможно.

Сейчас идёт борьба другого свойства, внутреннего. Овсянников идёт на выборы при определенной поддержке или по крайней мере без противления Чалого. И Чалый рассчитывает на то, что Овсянников будет ручным губернатором. Это один вариант для Чалого. Другой вариант – Александр Михайлович, используя какую-нибудь ошибку или неожиданность для Овсянникова, сам пойдет в губернаторы. Чалый, как мне кажется, уже понял, что его ход в 2014-м с уходом от власти не принес ему дивидендов в Москве. Следующий раз такого хода не будет. Он, безусловно, не чужд желания оказаться в губернаторах. Причем, Чалый понимает, что его тщеславие, которое во многих поступках им руководит, имеет больше шансов на удовлетворение, если он станет выбранным, а не назначенным губернатором. Саму ответственность за конкретную деятельность, за бесконечные проблемы граждан можно же на кого-то переложить. Почему Чалый так быстро вышел из игры в 2014 году как глава Севастополя? Да потому что он озабочен своим внутренним комфортом, ему абсолютно претит принимать бесконечных ходатаев, у которых течет крыша или испортился водопровод. Он считает это потерянным временем. Он, не будучи никогда ни комсомольским, ни партийным, ни каким бы то ни было общественным работником, избегает, по возможности, любого общения с людьми. Он вообще к людям относится очень инструментально. Больше любит мертвых героев, чем живых. Живых не любит вообще. Вот в чем проблема.

В целом эта ситуация меня очень раздражает и огорчает. Мы ведь, когда на таком подъеме возвращался Севастополь и Крым в состав России, рассчитывали, что Крым и Севастополь станут витриной для Украины А сегодня, благодаря склокам Чалого с Меняйло и дальнейшему поиску врагов, которым занимается Чалый, мы имеем то, что имеем.

Чалый всегда будет искать врагов. Ему всё время необходимы враги. Вот, скажем, Меняйло и Белавенцева нет – теперь в качестве врагов «Ночные волки». Завтра будут врагами соседи по Крыму – Аксёнов и другие. Крымские власти уже по сути врагами являются. Врагом может оказаться кто угодно. У Чалого в этом отношении нет каких-либо ограничений. Может быть, кроме первого лица в государстве. Здесь он меру знает. А вот, скажем, Русская православная церковь в Херсонесе и Черноморский флот могут оказаться под ударом. В нужный момент, если они в чем-то воспрепятствуют реализации его тщеславия и амбиций, их можно будет атаковать.

Чалый ни на минуточку не задумывается о том, какие раны в этом смысле наносит общественному мнению, севастопольскому духу, который из-за этого испаряется. Он, заметьте, ни словом, ни делом не поддержал восток Украины. Гражданская война на Донбассе – это ведь следствие возвращения Крыма. Я знаю, что крымчане и севастопольцы сочувствуют жителям Донбасса. Вы слышали от Чалого хоть какое-то слово сочувствия к людям на востоке? Хоть какое-то действие видели? Это не его тема. Его это не интересует. Может ли быть у нас реально человек признан стопроцентным патриотом и героем, если он так относится к этой теме? Если он людьми, ставшими в данном случае жертвами крымского самоопределения, людьми Донбасса, пренебрегает, вообще ими не интересуется. Даже жеста никакого не предпринимает. Ведь Заксобрание Севастополя могло бы принять публичное заявление, оторвать от себя пять копеек, чтобы направить гуманитарную помощь и сделать это демонстративно. Ничего этого не сделано, даже мысли об этом не возникло. Потому что там заняты другим. Заняты сведением счётов в Севастополе.

По материалам Института стран СНГ в Севастополе

Константин Затулин: "Я бы оплакивал судьбу политиков, которые считают, что с Чалым можно договориться"

Добавить предприятие